НЕ

ГЛАВА I. ОСОБЕННОСТИ ЖАНРА СТАРИННОЙ СЮИТЫ

 

 Начиная исследование старинной сюиты, рассмотрим, как в научной среде определяется само понятие «сюита», а также обратимся к истории возникновения и развития данной музыкальной формы. Согласно определению музыкального теоретика Ирины Эдуардовны Манукян, сюита (франц. suite, букв. – ряд, последовательность) представляет собой разновидность многочастных циклических форм инструментальной музыки, основными чертами которой являются следующие:

 

1). Резкий контраст между составными частями, их самостоятельность и различие по характеру, ритму и темпу.

 

2). В то же время объединение составных частей общим художественным замыслом и часто тональным единством и мотивным родством.

 

3). Относительно свободная структура цикла (порядок частей, их количество и соотношение могут варьироваться в самых широких пределах).

 

4). Непосредственная связь с жанрами танца и песни1.

 

 Что касается последней особенности, то здесь нужно отметить, что сюита берет свои истоки именно в танцевальном жанре. Как пишет в своей книге «Музыка языком звуков» Н. Арнонкур, древняя традиция народного танца предполагала наличие в нем двух частей: «после танца в характере поступи следовал танец «прыжкового» типа. Му​зыкант дважды играл ту же самую мелодию, лишь изменяя ее ритмическую структуру: сначала сдержанно, а потом живо, с огнем. Медленный танец часто исполнялся в четном размере, а быстрый — в нечетном»2. В середине 16 века в Европе на основе данного принципа возникли такие пары танцев, как павана (торжественный, медленный танец 2/4) и гальярда (подвижный танец с прыжками в размере 3/4). По мнению некоторых исследователей, например Б.В. Асафьева, именно эта пара положила начало истории возникновения сюиты. К началу 17 века в творчестве И. Гро, Дж. Булла, О Гиббонса наметилась новая тенденция: танец все больше терял свое бытовое, прикладное значение, его форма усложнялась (благодаря развитию полифонического начала), и постепенно он трансформировался в «пьесу для слушания». Классическое построение старинного танца утвердил австрийский композитор И.Я. Фробергер. В своих сюитах для клавесина он установил строгую последовательность танцевальных частей: вначале пара, состоящая из медленной алеманды (двухдольный метр) и быстрой или умеренно быстрой куранты (трехдольный метр), затем медленная сарабанда (трехдольный метр) и стремительная жига (двухдольный или трехдольный метр)3. Две названные пары составили костяк так называемой «барочной сюиты» - старинной сюиты XVII – первой половины XVIII вв. В основе парного объединения танцев старинной сюиты лежала разнохарактерность (различие метра и темпа) и контраст склада во второй паре (гармонический в сарабанде и полифонический в жиге)4.

 

 Сам термин «сюита» возник в 16 веке во Франции. В 17-18 веке он проник в Англию и Германию, но долгое время применялся в различных значениях. Часто сюитой называлась отдельная часть цикла. Кроме того, наряду со словом «сюита» для обозначения группы танцев применялись другие термины, такие как «партита» (в Германии), «лессонс» (в Англии), «увертюра» (во Франции), «соната де камера», «балет» и другие.

 

 Тем не менее, нужно уточнить, что подобная путаница с терминами имела место лишь тогда, когда сюита еще недостаточно сформировалась как отдельный жанр. К примеру, соната и сюита возникли примерно в одно и то же время, и их пути, особенно на раннем этапе, неоднократно пересекались. Так в результате влияния сюиты, в финальное рондо сонатного цикла проникли танцевальные ритмы и образы. Кроме того в состав сонаты был включен менуэт. Лишь к середине 18 века, в период расцвета сюиты четко выявилось ее отличие от других жанров. На фоне сонаты, а также симфонии с их идеей роста и становления сюита резко выделялась свободой построения, контрастом составляющих ее частей5.

 

 В то же время, необходимо отметить тот факт, что жанр сюиты везде развивался неодинаково, подпадая под влияние культурных особенностей разных стран. Так, к примеру, возник жанр французской сюиты, отличавшейся большей свободой построения, по сравнению со всеми другими. Французский придворный композитор Ж.Б. Люлли, создатель типичной французской формы оперы, основал жанр оперной сюиты, получившей такое название благодаря тому, что в качестве вступительной части в нее была включена увертюра. Подобное построение вскоре стало считаться образцом «французской сюиты», которую ученики и конкуренты Люлли распространили по всей Европе6. Английский композитор Генри Пёрселл открывал свои сюиты прелюдией. Итальянский композитор Д. Фрескобальди разработал вариационную сюиту. А немецкий композитор Г.Ф. Гендель ввел в сюиту фугу, что сильно сблизило ее с церковной сонатой7.

 

 В Германии, которая в 17-18 вв. активно заимствовала моду и музыку других стран (особенно Франции), сюита вызвала особый интерес. Использование различных форм и стилей способствовало формированию так называемого «смешанного стиля». Это давало композитору определенную свободу в выборе форм и добавлении к ним различных элементов. Особенно наглядно это проявляется в творчестве И.С. Баха. Его сюиты были написаны преимущественно во французском духе (Бах даже называл свои сюиты «увертюрами», как их в то время называли во Франции), но с огромным количеством элементов других стилей, что, собственно, и составляет собой баховский синтез8. Нужно заметить, что Бах возвел жанр сюиты на высшую ступень развития. В каждом типе его сюиты соблюдается свой план построения цикла: так, к примеру, английские сюиты и сюиты для виолончели неизменно начинаются с прелюдии, между сарабандой и жигой в них стоят 2 сходных танца (такие, к примеру, как менуэт, буре или гавот), а в оркестровых сюитах всегда есть увертюра, включающая в себя фугу9.

 

Нас в данной работе особенно интересуют шесть виолончельных сюит Баха.

 

 Первая сюита, G dur, имеет светлую, мажорную окраску и спокойный характер. Для второй сюиты, d moll, характерно трагическое звучание и драматическое развитие. Третья сюита, C dur, начиная с прелюдии, пронизана энергией и движением, которое приостанавливается лишь в сарабанде. Четвертая сюита, Es dur, несет на себе печать спокойного размышления в ясном мажорном звучании. Пятая сюита, c moll, наиболее трагична, она представляет собой драматический центр. И, наконец, шестая сюита, D dur, снимает драматическую напряженность своим праздничным звучанием и, таким образом, завершает цикл10.

 

 Как уже упоминалось выше, виолончельные сюиты Баха напоминают по своему строению английские сюиты: они неизменно начинаются с прелюдии и включают два сходных танца между сарабандой и жигой. Так же, как и в английских сюитах, драматургический центр в них приходится на прелюдии. Что касается остальных частей цикла, то, по мнению В.Носиной, «аллеманда является изложением «темы речи» (propositio), куранта играет роль возражения (confutatio), жига служит заключением (peroratio). Более свободно трактуются сарабанды и вставные танцы, которые могут выполнять роль утверждения главной мысли (confirmatio) или же риторического отступления (digressio)»11.

 

 В работе Баха особенно заметен окончательный уход сюиты от танцевального жанра. Немецкий композитор и музыкальный критик 18 века Иоганн Маттезон писал в то время: «Аллеманда для танца и аллеманда для слушания отличаются, как небо и земля»12. Таким образом, связь сюит Баха с танцевальными прототипами прослеживается лишь на уровне названий отдельных частей. Нужно заметить, что усиление полифонического начала, наблюдающееся в сюитах Иоганна Себастьяна Баха, сделала их чрезвычайно сложными не только для танцев, но и для исполнения. Немецкий музыковед, Альберт Швейцер, опираясь на материалы исследования ученого Арнольда Шеринга, сделал предположение о том, что во времена Баха дугообразный смычок натягивался не винтом, а нажимом большого пальца, что, по его мнению, давало музыканту огромные возможности при исполнении особенно сложных произведений: «Немецкий скрипач во времена Баха мог по желанию натягивать волос смычка туже или слабее. Аккорды, которые современный скрипач берет с трудом и всегда не очень красиво, перебрасывая смычок со струны на струну, в то время исполнялись легко: достаточно было только ослабить волос, и он охватывал дугой все струны»13. Однако на данный момент это остается лишь предположением, и со стопроцентной уверенностью утверждать о том, что во времена Баха его виолончельные сюиты исполнялись именно так, конечно же нельзя. Скорее всего, это была остроумная шутка Альберта Швейцера. В доказательство к этому можно привести современных исполнителей барочной музыки, которые не использует подобную технологию в своей игре.

 

 В целом, говоря о барочной музыке времен Баха, нужно заметить, что ее отличало множество нюансов. Одним из таких нюансов можно назвать богатую и разнообразную орнаментику. Орнаментика (от лат. ornamentum — украшение) представляет собой учение о способах украшения вокальных и инструментальных мелодий14. Известно, что И.С. Бахом была составлена целая таблица используемых им украшений, включающая в себя форшлаг, трель (снизу, сверху, с нахшлагом, приготовленная трель), мордент, шлейфер, группетто, арпеджиато, аччакатуру и вибрацию. На этом перечень украшений не заканчивается, включая в себя различные комбинации названных выше украшений (например, сочетание форшлага и мордента), еще больше усложняющие ткань музыкального произведения15. Стоит ли говорить, каким объемом знаний должен был обладать человек, занимающийся этой музыкой. Хорошие музыканты того времени в совершенстве владели этой наукой. Украшения были неотъемлемой частью музыки эпохи барокко. Например, сын И. С. Баха, Карл Филипп Эммануэль Бах, в своей книге «Опыт истинного искусства клавирной игры» подробно затрагивает тему украшений. Он пишет: «Никто не сомневается в необходимости украшений. Это заметно хотя бы потому, что они встречаются в количестве более чем достаточном». Более того, он добавляет, что украшения становятся просто незаменимыми атрибутами для тех, кто знает об их пользе16.

 

 Итак, из всего вышесказанного можно сделать вывод о том, что старинная барочная сюита – это циклическая музыкальная форма XVII – первой половины XVIII вв., основными чертами которой являются:

 

1). Сложная структура, отделяющая сюиту от танцевального жанра.

 

2). Обязательное наличие четырех основополагающих частей, различных по своему характеру, но связанных одним замыслом.

 

3). В то же время относительная свобода построения, выражающаяся в добавлении различных сторонних элементов и стилей.

 

 Мы познакомились также с особенностями именно баховских сюит, в частности виолончельных, рассмотрели их структуру и характер отдельных частей (наличие прелюдии и двух дополнительных танцев, сходных по характеру, общая тональность, настрой и замысел, характерный для каждого цикла). Все рассмотренные выше особенности мы будем учитывать далее в нашем исследовании.

1 Манукян И. Сюита// Музыкальный энциклопедический словарь/ гл. ред. Г.В. Келдыш. – М.: Советская энциклопедия, 1991. – С. 357

2 Арнонкур Н. Музыка языком звуков. Путь к новому пониманию музыки/ перевод И. Приходько по изданию: Nicolaus Harnoncourt. Musik als Klangrede. Wege zu einem neuen Musikverständis. Игорь Приходько: 2005. – С.90

3 Манукян И. Сюита// Музыкальный энциклопедический словарь/ гл. ред. Г.В. Келдыш. – М.: Советская энциклопедия, 1991. – С. 357

4 Кюрегян Т. Форма в музыке XVII-XX веков. – М.: ТЦ «Сфера», 1998. – С.189

5 Манукян И. Сюита// Музыкальный энциклопедический словарь/ гл. ред. Г.В. Келдыш. – М.: Советская энциклопедия, 1991. – С. 358

6 Арнонкур Н. Музыка языком звуков. Путь к новому пониманию музыки/ перевод И. Приходько по изданию: Nicolaus Harnoncourt. Musik als Klangrede. Wege zu einem neuen Musikverständis. Игорь Приходько: 2005. – С. 91

7 Манукян И. Сюита// Музыкальный энциклопедический словарь/ гл. ред. Г.В. Келдыш. – М.: Советская энциклопедия, 1991. – С. 358

8 Арнонкур Н. Музыка языком звуков. Путь к новому пониманию музыки/ перевод И. Приходько по изданию: Nicolaus Harnoncourt. Musik als Klangrede. Wege zu einem neuen Musikverständis. Игорь Приходько: 2005. – С. 92

9 Асафьев Б. Музыкальная форма как процесс : книга первая и вторая/ под ред. Е.М. Орловой. – 2-е изд. – Л.: издательство «Музыка», 1971. – С. 166

10 Денисов В. Некоторые размышления о вопросах трактовки о вопросах трактовки и исполнения виолончельных сюит И.С. Баха (в переложении для альта). – Пенза, 2010. – С. 15

11 Носина В. Символика музыки И.С. Баха. – Тамбов, 1993. – С. 93

12 Арнонкур Н. Музыка языком звуков. Путь к новому пониманию музыки/ перевод И. Приходько по изданию: Nicolaus Harnoncourt. Musik als Klangrede. Wege zu einem neuen Musikverständis. Игорь Приходько: 2005. – С. 92

13 Швейцер А. Иоганн Себастьян Бах. – М.: издательство «Музыка», 1965. – С. 287

14 Орнаментика – БСЭ – Яндекс. Словари [Электрон. ресурс]. – Электрон. дан. – М. сор. 2001-2010. – Режим доступа: ссылка

15 Бейшлаг А. Орнаментика в музыке/ перевод с немецкого З.Визеля. – М.: издательство «Музыка», 1978. – С.111

16 Бах К.Ф.Э. Опыт истинного искусства клавирной игры/ перевод Е. Юшкевич. – СПб.: EARLYMUSIC PUBLISHING HOUSE, 2005. – С. 52

назад

далее